Мнения / История / Памятные рубежи

5:01 / 08.07.20

Виктор Сирык: Чесменский бой был важным самым

 Виктор Сирык: Чесменский бой был важным самым

Картина И. Айвазовского / Фото: commons.wikimedia.org

Бытует мнение, что одна из белых полос на отложном синем воротнике форменной одежды матросов и старшин ВМФ России символизирует выдающуюся победу моряков русского флота над турецким в Чесменском сражении. Какой-то умник даже «пригвоздил» эту версию в Википедию, навсегда введя нынешних читателей в заблуждение. На самом деле никакого отношения это сражение к количеству полос на матросском «гюйсе» не имеет. Хотя бы потому, что выдающихся побед на море у русских моряков было значительно больше. Но тот факт, что морское сражение в Чесменской бухте 7 июля 1770 года стало крупнейшим в эпоху парусного флота и предопределило поражение Османской империи в Русско-турецкой войне 1768-1774 гг., сомнению не подлежит.

Русские всегда появлялись там, где их не ждали

XVIII век вошёл в историю как период постоянных столкновений между Российской и Османской империями. Интересы двух государств пересекались не только в районе приграничья, но и на Балканах, в Закавказье, в Крыму и даже в Польше. Одним из эпизодов этих столкновений стала поддержка национально-освободительного движения в Греции с целью дестабилизации ситуации внутри Османской империи. По решению Екатерины II в район предстоящих боевых действий из Балтийского моря в Эгейское была направлена Морейская экспедиция, общее руководство которой осуществлял граф Алексей Орлов. Главной ударной силой экспедиции стала эскадра под командованием адмирала Григория Спиридова.

Некоторые источники ошибочно указывают фамилию адмирала так: Свиридов. И указывают, что его внуки и правнуки служили на флоте вплоть до наших времён, когда 30-ю дивизию надводных кораблей Черноморского флота возглавил контр-адмирал Виктор Свиридов. Это опроверг сам Виктор Петрович, сын простых родителей, в нашем разговоре с ним. И пояснил, что по стопам адмирала Григория Спиридова пошёл лишь его сын, Алексей Григорьевич, который тоже дослужился до воинского звания адмирала.

По дичайшему стечению обстоятельств (одни корабли получили серьезные повреждения при переходе морем, на других случилась заразная эпидемия среди экипажей, а двухмачтовый парусник «Лапомник» налетел на рифы и затонул), к концу осени 1769 года к Гибралтару из всей русской эскадры смог подойти лишь один 66-пушечный линкор «Св. Евстафий Плакида». Командованию русского флота пришлось в спешном порядке доукомплектовывать эскадру другими кораблями. И уже к марту следующего года эскадра Спиридова насчитывала семь вымпелов. До сих пор остается непонятным, почему турецкий флот не воспользовался возможностью уничтожить русские корабли по одиночке. Скорее всего, им просто в голову не пришло, что русские могут появиться с той стороны, откуда их не ждали.

Не числом, а уменьем. И ещё силой духа

Первые операции наших кораблей носили исключительно десантный характер. Главной целью десантников были греческие повстанцы на полуострове Пелопоннес. Пока русские моряки таким образом «накачивали мускулы», на подмогу нашей эскадре прибыло подкрепление. И к началу лета, когда назревало главное сражение на море, в состав русской эскадры входило девять линейных кораблей, один бомбардирский корабль, три фрегата и несколько малых судов, игравших вспомогательные роли. Общее число экипажей составляло около 6,5 тыс. человек.

Турецкий флот был более внушительным как по общему количеству вымпелов (почти втрое), так и по численности личного состава. Единственным, но очень существенным преимуществом русских экипажей было то, что турецкие военморы почти не имели морской выучки, поскольку далее прибрежных вод Эгейского моря не ходили. И первое же боестолкновение в Хиосском заливе 5 июля это продемонстрировало. Даже несмотря на неудачное начало боя для наших моряков.

Головные корабли не смогли синхронно выполнить маневр сближения, в результате боевой порядок был нарушен. Невзирая на это, адмирал Спиридов, находящийся на «Св. Ефстафии», пошел прямым курсом на 80-пушечный турецкий флагман «Реал Мустафу». Очень достойно повёл себя экипаж нашего флагмана. Борясь с пожаром, возникшим от прямых попаданий с «Мустафы», «Ефстафий» продолжил движение до тех пор, пока не сблизился вплотную с вражески кораблем. В жестоком абордажном бою русские моряки подожгли и захватили турецкий флагман. Горящая мачта с него упала на «Ефстафий», вызвав сильнейший взрыв. Это погубило оба корабля.

Но и здесь наши моряки, в том числе с соседних кораблей, которые организовали борьбу за спасение оказавшихся за бортом, особо не паниковали. В числе спасенных из воды были и граф Орлов, и адмирал Спиридов. Совершенно по-другому повели себя турки, которые были буквально деморализованы случившимся. В результате из 775 человек экипажа «Реал-Мустафы» спаслись лишь 63. Турецкие флотоводцы приняли срочное решение отступить всеми своими кораблями в Чесменскую бухту. Во-первых, чтобы прийти в себя и выиграть время, во-вторых (в главных), в расчёте на то, что русские попросту не сунутся в бухту, зная о мощной турецкой береговой артиллерии.

Был флот, и нет флота

Но наших моряков было уже не остановить. Вечером 6 июля балтийская эскадра бортовыми орудиями с линейных кораблей «Европа» и «Ростислав» начала обстреливать турецкие корабли, зашедшие в бухту. Стрельба носила скорее психологический характер и вместе с тем должна была отвлечь турок от начала движения брандеров (судно-«камикадзе», используемое для поджога или подрыва вражеского корабля), которые накануне были переделаны из малых вспомогательных судов. Из четырёх брандеров лишь один достиг расположения турецкого флота и поджёг линейный корабль. Взрыв порохового погреба на корабле произвёл поистине гигантские разрушения. Горящие обломки полетели на другие корабли, разнося огонь, и парусные деревянные корабли турок вспыхивали один за другим, словно спички.

Дальнейшее ведение боя было бессмысленным, и русские моряки, прекратив стрельбу, занялись спасением выживших матросов – своих вчерашних врагов. К 8 ч. утра 7 июля все было кончено. Османская империя всего за одну ночь лишилась большей части своего флота. Погибло 15 линейных кораблей и 6 фрегатов; один корабль и пять галер были захвачены.

Победа в Чесменском сражении стала настоящим триумфом нашего флота. Она не только продемонстрировала всем, как русские моряки могут воевать, но и послужила весомым аргументом при заключении Кючук-Кайнарджийского мира, завершившего Русско-турецкую войну.

Кстати, по Кючук-Кайнарджийскому мирному договору от 1774 года Крымское ханство, которое с 1580 года официально являлось вассалом Османской империи, признавалось независимым от Турции. А еще через девять лет рескриптом Екатерины II Крым, Тамань и Кубань были присоединены к России.

В память о победе близ города-крепости Чесма была отчеканена медаль, на которой изображалась одна из сцен гибели турецкого флота. Кроме места и даты битвы, на медали было всего одно слово: «Былъ». Что означало: «Был турецкий флот, а нет теперь».


МОСКВА, Военное обозрение


Оригинал

Теги: ВМФ России, Чесменское сражение, Османская империя, Русско-турецкая война 1768-1774 гг., Виктор Сирык, мнение

В рамках исполнения ст. 4 закона РФ «О средствах массовой информации» редакция ИА «Оружие России» информирует о том, что организации, информация о которых может быть указана в опубликованной статье, являются организациями, деятельность которых в Российской Федерации запрещена, согласно перечню общественных и религиозных объединений, иных организаций, в отношении которых судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности по основаниям, предусмотренным Федеральным законом от 25 июля 2002 года N 114-ФЗ "О противодействии экстремистской деятельности" (официальные источники: сайт "Российской газеты" (соответствующие разделы сайта https://rg.ru/ или https://rg.ru/2018/12/05/spisok-dok.html) и сайт Минюста России (соответствующие разделы сайта https://minjust.ru/ или https://minjust.ru/nko/perechen_zapret).